Библиотека Виктора Конецкого

«Самое загадочное для менясущество - человек нечитающий»

Финал



Стюардесса сказала, что над Оттавой гроза. 
Над Ванкувером было чистое небо. Мерцали крупные звезды, и светила луна. Внизу оставались большой порт, и небольшой город, и кусок его жизни, быть может главный в судьбе. Он еще не мог знать, как случившееся обернется в будущем. Он просто смотрел вниз, где оставались судебные дрязги, допросы, смесь правды и кривды, подлости и честности. Там ложился спать судья Стюарт, ложились спать адвокат Смит и адвокат Стивс, там оставались его новые друзья и враги, судьбы которых переплелись с его судьбой. 
Министерский юрист Маслов сразу заснул рядом в кресле — накануне в отеле он допоздна наслаждался по телевизору оперой на библейские сюжеты. 
Капитан Хаустов угадал внизу очертания пролива Пэссидж и увидел, как блеснул под лунным светом узкий изгиб Актив-Пасса — Собачья Нога, мыс Элен, Зеленый огонь… 
Как давно уже все это случилось — «Королева Виктории» из-за мыса Элен, мягкий удар и первый доклад о смерти новорожденного мальчика. Момент смены вод — слэк… 
Он глянул вниз, и казалось, что он смотрит карту. Всю жизнь он смотрел на карту и привык к картам. И сейчас пожалел, что нет карты и нельзя сравнить ее с реальной местностью внизу. Карта была бы более реальной, нежели сама реальность. 
Он достал блокнот и включил свет над самолетным столиком.
Следовало закончить последнюю докладную записку начальству. 
Спустя две недели после суда, когда Хаустов прилетел во Владивосток, он угодил на похороны Юры Солоницына — путь останков через Японию оказался тоже достаточно долгим. 
Тело лежало в клубе моряков в шикарном гробу. Сквозь прозрачную крышку видно было совсем живое и спокойное лицо Юры. За тысячу долларов канадцы все сделали в самом лучшем виде. Юра был в свежей рубашке и в тужурке с капитанскими нашивками. Даже цветы в гробу выглядели совсем свежими — они тоже прилетели из Канады в обработанном какой-то химией, свежем виде. 
Претензий со стороны валютного отдела пароходства в адрес Хаустова не поступило.

У Николая Гавриловича я плавал старшим помощником на т/х «Пионер Выборга» в 1974 году на Континент и в Англию. 
У капитана хранились в огромном ящике все документы по аварии в проливе Актив-Пасс. Я хотел написать о столкновении и поведении наших моряков на суде. Но… значительная часть документов была на английском языке. Я просил Николая Гавриловича перевести, но он на хорошем русском посоветовал мне идти подальше и там — вдалеке — учить английский язык. Сам он в свободные часы отрабатывал перед зеркалом артикуляцию испанского
В нашу последнюю встречу, незадолго до смерти, Николай Гаврилович сказал мне то, что не раз я слышал от него за долгие годы нашего знакомства: 
— Да, тогда на суде победа была полной… Но знаете, Виктор Викторович, снятся мне и новорожденный, и девушка шестнадцатилетняя, и паром этот чертов, расплющенные автомобили, бензин потоком… Почему мы не заполыхали? А ты знаешь, что у меня в первом трюме было? И сейчас страшно вслух сказать. В Японии вручили сертификат на химикалии в первом номере — взрыв при соединении с морской водой. А воткнулись-то носом! Я же каждую секунду жду, что о воде в первом трюме доложат. И не решить никак: «Говорить?! Не говорить?! Говорить?! Не говорить?!» На пароме такая паника начнется — пятьсот пассажиров! Они и так ждут, когда бензин полыхнет или судно перевернется…

Свой последний рейс капитан Хаустов совершил за год до внезапной кончины от инсульта 13 августа 1997 года. 

2000





Новости

Все новости

22.10.2020 новое

К 150-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ И.А. БУНИНА

26.09.2020

«ВИКТОР КОНЕЦКИЙ В КНИЖНОЙ ЛАВКЕ ПИСАТЕЛЕЙ»

20.09.2020

«ПОСЛЕДНИЙ АДРЕС»


Архив новостей 2002-2012
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru